Из Мекки в Медину — из Севильи в Кадис

Из Мекки в Медину — из Севильи в Кадис

«Дым сигар, крики и хлопки, что издавал Грегорио, обилие голосов, шум кастаньет, звуки расстроенной гитары, крики цыганок, на фоне которых кто-то играл прелестной женщине поло, чтобы она под него танцевала, лаяние собак, фальшивое пение — все это не давало мне уснуть всю ночь», — вот так описывал один разнузданный вечер кадисский эрудит, поэт и военный Хосе Кадальсо в 1774 году. Это, как говорят многие исследователи, одно из первых свидетельств цыганских музыкальных представлений, которые предшествовали фламенко в его современном виде. (Подробнее об этом в статье).

Являлось ли фламенко только цыганским искусством? Наверное, ради упрощения, фламенко связывают непосредственно с цыганским народом, но если копнуть чуть глубже, мы обнаружим — это сложное и интересное явление. Совершенно очевидно, фламенко не могло появиться из неоткуда. С одной стороны, это устное народное творчество, и у нас не будет никогда возможности подтвердить с точностью «Откуда есть и пошло фламенко», потому что ни цыгане, ни другие народы Испании не договорились написать об этом послание и оставить его своим потомкам. Но с другой стороны, совершенно очевидно, скорее из определенных особенностей этой музыки и истории Испании, что фламенко это не только цыганский атрибут, хотя цыгане и стали основным его катализатором.

Несмотря на то, что сейчас можно говорить о большом количестве центров фламенко, которыми являются и Мадрид с Барселоной (хотя многие, особенно каталонские патриоты настаивают, что Каталония — это не про фламенко), это искусство зародилось в Андалусии, в этом нет сомнения. Но где именно? Эта тема является предметом огромных спекуляций, вопросов с ответами и без, а также многочисленных догадок, которые нам не удастся проверить наверняка. Мне остается согласиться с некоторыми исследователями, что фламенко появилось в радиусе городов Севилья, Кадис и Херес, проходя по Малаге. Отсюда фламенко стало расти на Восток, доходя до Гранады, Альмерии и Мурсии и на север — до Эстремадуры.

Почему именно в этих городах зародилось фламенко? И насколько цыганское население сделало вклад в его формирование? Надо сказать, что все перечисленные города были административными, торговыми или сельскохозяйственными центрами.

Кадис — портовый город c огромной историей, который стоял на пути кораблей, с XVI века отплывающих в колонии и возвращающихся обратно в Испанию. В XVIII веке в Кадис перенесли важное для управления испанскими колониями в Латинской Америке ведомство, Casa de Contratación (досл. «Торговый дом»), которое вело торгово-исследовательскую деятельность в колониях. В этом ведомстве составлялись карты, прокладывались маршруты, управляли торговлей, в общем, распоряжались добытым богатством. К концу XVIII века оно было закрыто, но город все равно имел стратегическое значение. Торговля и мореплавание также спровоцировало приток африканских рабов в город, которые к XVIII веку составляли около 12% населения Кадиса.

Все эти факторы способствовали тому, что в Кадисе и другом портовом городе Малага латиноамериканская и африканская культура пересекались с андалуссийской. Это мы можем заметить, взглянув даже на жанр фламенко, который называется «cantes de ida y vuelta» — «кочующие песни» (дословно «песни туда и обратно»). Они вобрали в себя латиноамериканский фольклор и ритмику. Помимо всего этого, Кадис славился своими музыкальными и театральными представлениями, а также комедийными спектаклями. По словам различных источников, чтобы заиметь успех в столице, надо было прежде пройти проверку в Кадисе.

С Кадисом неразрывно связаны его окрестные города, в том числе и Херес, который издавна славился своим винным производством. К XIX веку оно характеризовалось продолжительным ростом и привлекало мигрантов и работников. И, кстати, именно в Хересе родились выдающиеся фигуры пения фламенко XIX — начала XX века Мануэль Торре и Антонио Чакон, которого некоторые называют «Отцом канте».

Не отставала от Кадиса и Хереса Севилья, в которой, по словам путешественника XIX века Ричарда Форда, можно было увидеть танцевальные представления за деньги, которые готовили «brujas gitanas» — «цыганские ведьмы»,
Чаще даже их можно было увидеть в Триане, отдельном севильском районе. Триана — это, конечно же, отдельный феномен. Еще во времена арабского владычества в Испании (VIII-XV век) в Триане можно было часто услышать звуки арабского уда, перкуссионных инструментов и флейт.

Возможно, что там звучала и музыка под названием «малуф», которая была распространена в Севилье, Гранаде и Кордобе. «Малуф» — это устное народное творчество, родившееся в Аль-Андалус, которое скорее всего также стало одной из основ для рождения фламенко. Мусульмане никуда не ушли из Севильи даже после гонений крещеных арабов, которые организовывала центральная испанская власть. К XVII-XVIII веку в Севилье насчитывали где-то 7500 крещеных арабов из 80-100.000 человек, что проживало в этом самом крупном по тем временам городе Андалусии. Причем, порой их уже невозможно было отличить от остального населения, а многие и вовсе выдавали себя за цыган, чтобы как-то остаться на Пиренейском полуострове.

Вид на Севилью со стороны Трианы. Автор: Alonso Sánchez Coello. Banco de Imágenes del Museo Nacional del Prado

Рост населения именно в Севилье происходил благодаря ее выгодному торговому положению. С XVI века этот город являлся одним из портов на колониальном пути в Латинскую Америку. До начала XVIII века Севилья — это административный центр со времен открытия Америки (1492), где в так называемом Puerto de Indias «Порту Индий» (Индиями называли латиноамериканские колонии) проходила погрузка и разгрузка различных ценных товаров, увозившихся за рубеж или привезенных из колоний.
Именно этот город сыграл огромную роль на пути фламенко как устоявшегося и профессионального явления, именно там в конце XIX века певец Сильверио Франконетти (итальяно-андалусского происхождения) смог организовать первые «поющие кафе», «кафе кантанте», которые распространились по всей Испании.

Сильверио Франконетти.

Нельзя забывать другой город, важный для формирования фламенко — это Гранада. В Гранаде до сих пор вы можете почувствовать арабский колорит. Это город, который омыл слезами последний ее арабский правитель Боабдиль, отдавая его ключи испанским «католическим королям» Фердинанду и Изабелле в 1492 году. Это колыбель арабо-сефардской культуры, которая привнесла во фламенко особые элементы «танца живота» и арабского музыкального колорита. А от сефардов, как говорят, переняли традицию покрикивания, подбадривания: так еврейское «jalel» стало «jaleo».

Гранада кисти Давида Робертса (1830).

В этот культурный котел попали и цыгане, которые прибыли в Испанию в XV веке. В Андалусию, в Хаэн цыгане прибыли в 1462 году, и даже есть точная дата — 22 ноября, которое сейчас считается Днем Андалуссийских цыган. Представительство цыган в Андалусии впоследствии было очень ощутимым. Данные об их присутствии в Испании и количестве можно получить из переписей населения в том числе после антицыганских законов. Один из таких был принят в 1783 году и обязывал местную власть провести реестр всех проживающих в их территориях цыган. В таких переписях XVIII века определено, что цыгане примерно насчитывали 12668 человек, и 70 процентов из них жило в Андалусии. Тот же закон 1783 года являлся, как и многие другие до него, попыткой правительства ассимилировать цыган в испанское общество. Им давалось право на приличную работу и работодатель не мог отказать им только по той причине, что они были цыганами; дети с 4 лет должны были ходить в школу, за что платила городская ратуша. Но была и обратная сторона: цыганам запрещали вести привычный кочевнический образ жизни, воровать, запрещали вообще говорить слово «Gitano».

¡Alegría! Entre gitanos (Радость. Среди цыган). Иносенсио Медина Вера (1908)

Любопытно, что распределились они в большей степени между Севильей (с районом Трианой, городками Утрерой, Лебрихой, Эсихой, Марченой, Мороном, Осуной и Кармоной) и Кадисом (с Хересом, Аркосом, Санлукаром-де-Баррамедой, Эль Пуэрто де Санта Марией, Пуэрто Реаль и Сан Фернандо). В этих городах они жили целыми цыганскими сообществами. Называли их «gitanerías». В одном из них наш Хосе Кадальсо и мог услышать цыганские напевы и увидеть их танцы. Напевы их, по словам теоретика и певца Антонио Майрены, могли отличаться восточным колоритом и красочным звучанием, с обилием мелизмов, которые очень характерны для современного фламенко. Распределение цыган по примерно тем же территориям, где, как считают, позже появилось фламенко, дает многим исследователям и артистам право считать их народом, в среде которого и родилось это искусство. Прибыв на южные испанские территории, вполне благоприятные по климатическим условиям, цыгане столкнулись с гремучей смесью культур, которой, наверное, может похвастаться в такой концентрации и близости только Андалусия. Ведь именно там все они: арабская, еврейская, народно испанская, андалуссийская, европейская и латиноамериканская культуры соединились с цыганской воедино. И благодаря именно этому сейчас мы можем насладиться фламенко и послушать и увидеть наших любимых исполнителей.

Автор: Светлана Рудник

Leave a comment

Send a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован.